Закон Республики Казахстан от 24 июня 2026 года № 326-VIII «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам цифровизации, защиты персональных данных, дорожного движения и регулирования передовых технологий на транспорте» внёс изменения в пятьдесят один законодательный акт. Значительная часть поправок носит терминологический характер — замена понятий «информационная система» и «объект информатизации» на «цифровая система» и «цифровой объект». Однако несколько положений Закона меняют правовой режим сетей связи и интернет-инфраструктуры по существу.
Ниже — разбор Закона № 326-VIII исключительно в части интернет-регулирования: что именно изменилось в тексте норм и какие вопросы остаются открытыми.
До вступления в силу Закона № 326-VIII подпункт 2) статьи 2 Закона Республики Казахстан от 5 июля 2004 года № 567-II «О связи» определял служебную информацию как сведения об абонентах и (или) пользователях услуг связи, предназначенные исключительно для целей проведения контрразведывательной деятельности и оперативно-розыскных мероприятий на сетях связи, и содержал закрытый перечень из восьми позиций.
Подпунктом 2) пункта 25 статьи 1 Закона № 326-VIII это определение изложено в новой редакции:
«2) служебная информация об абонентах (далее – служебная информация) – сведения об абонентах и (или) пользователях услуг связи, формируемые, обрабатываемые или хранящиеся в сетях связи и предназначенные для целей, предусмотренных настоящим Законом».
Изменение выглядит юридико-техническим, но по существу является содержательным. Из нормы исключены два ограничителя: слово «исключительно» и прямая привязка к контрразведывательной деятельности и оперативно-розыскным мероприятиям. Цели использования служебной информации теперь определяются не самой дефиницией, а иными положениями Закона «О связи» — то есть могут расширяться обычной поправкой в этот Закон, без пересмотра базового понятия.
Одновременно вместо закрытого перечня категорий данных в дефиниции появляется отсылка к новой статье 23-1.
Подпунктом 4) пункта 25 статьи 1 Закона № 326-VIII Закон «О связи» дополнен статьёй 23-1 «Служебная информация об абонентах сетей связи». Пункт 1 относит к служебной информации:
По сравнению с прежней редакцией статьи 2 здесь два принципиальных отличия.
Во-первых, перечень стал открытым. Последняя позиция — «иные технические сведения, связанные с оказанием услуг связи и передачей данных» — не имеет содержательных пределов. Любые технические данные, возникающие при оказании услуг связи, охватываются понятием служебной информации в силу самой их технической природы. Согласно пункту 1 статьи 39 Конституции Республики Казахстан права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены только законами. При открытом перечне объём вмешательства фактически определяется не законом, а техническими возможностями сетей связи и содержанием подзаконного акта.
Во-вторых, снято ограничение по типу устройства. Прежняя редакция говорила об идентификационных кодах абонентских устройств сотовой связи; новая — об идентификационных кодах абонентских устройств без такого уточнения.
Отдельно отметим: формулировка «об абонентах и (или) пользователях услуг связи» не является новеллой Закона № 326-VIII — она содержалась и в прежней редакции подпункта 2) статьи 2 Закона «О связи». Расширение круга лиц с абонентов на пользователей произошло раньше и на уровне закона уже было закреплено.
Пункт 2 новой статьи 23-1 называет две цели использования служебной информации:
«1) для решения задач контрразведывательной деятельности и проведения оперативно-розыскных мероприятий на сетях связи; 2) в целях технического обнаружения признаков правонарушений на сетях связи».
Первая цель воспроизводит прежний правовой режим. Вторая — новая и, на наш взгляд, наиболее значимая часть Закона в сфере интернет-регулирования.
Пункт 3 статьи 23-1 устанавливает:
«Подпункт 2) пункта 2 настоящей статьи действует исключительно в целях реализации пилотного проекта до 31 декабря 2027 года. Порядок реализации пилотного проекта определяется Комитетом национальной безопасности Республики Казахстан по согласованию с Генеральной прокуратурой Республики Казахстан».
Обратим внимание на юридическую конструкцию.
Первое. «Техническое обнаружение признаков правонарушений» не привязано ни к оперативно-розыскной, ни к контрразведывательной деятельности. Это самостоятельное основание обработки данных, находящееся за пределами процессуальных гарантий, установленных Законом «Об оперативно-розыскной деятельности» от 15 сентября 1994 года № 154-XIII — основаниями и порядком проведения оперативно-розыскных мероприятий, включая санкционирование специальных оперативно-розыскных мероприятий.
Второе. Речь идёт о правонарушениях, а не о преступлениях. Понятие правонарушения охватывает и административные деликты, то есть потенциальный охват мер не ограничен тяжкими составами.
Третье. Мера не индивидуализирована. Оперативно-розыскное мероприятие проводится в отношении конкретного лица по конкретному основанию; «техническое обнаружение признаков» по своей природе предполагает анализ трафика неопределённого круга пользователей.
Четвёртое. Существо режима — порядок реализации, объём собираемых данных, сроки хранения, круг лиц, имеющих доступ, — законом не определено и полностью передано на уровень акта Комитета национальной безопасности, согласуемого с Генеральной прокуратурой. Закон не требует, чтобы такой акт был нормативным правовым актом, подлежащим государственной регистрации и официальному опубликованию; из его формулировки это прямо не следует.
Пятое. Срок ограничен 31 декабря 2027 года, однако Закон не предусматривает ни обязанности публичной отчётности о результатах пилотного проекта, ни критериев оценки его эффективности, ни судьбы собранных за этот период данных.
Система централизованного управления сетями телекоммуникаций (СЦУСТ) определена в подпункте 32-2) статьи 2 Закона «О связи» как «комплекс организационно-технических мероприятий по формированию управляющих параметров и контролю за их исполнением, включающий в себя аппаратно-программный комплекс и каналы связи для централизованного управления сетями телекоммуникаций».
Закон № 326-VIII вносит в режим СЦУСТ три взаимосвязанных изменения.
Обязанность присоединения за собственный счёт. Статья 26 Закона «О связи» дополнена пунктом 3-2: операторы сотовой связи обязаны за счёт собственных средств предоставить линии и каналы связи, необходимые для обеспечения функционирования СЦУСТ, и обеспечить присоединение своих сетей сотовой связи к СЦУСТ в порядке, определяемом Комитетом национальной безопасности.
Аренда портовой ёмкости отнесена к государственной монополии. Заголовок и пункт 1 статьи 9-2 Закона «О связи» дополнены словами «на сетях связи» — статья теперь называется «Государственная монополия в сфере обеспечения кибербезопасности на сетях связи». Пункт 1 этой статьи дополнен подпунктом 4): «предоставление в аренду портовой емкости для присоединения сетей связи операторов связи к системе централизованного управления сетями телекоммуникаций Республики Казахстан». Таким образом, техническое условие доступа операторов к рынку становится платной услугой субъекта государственной монополии.
Установлен жёсткий срок. Статья 3 Закона № 326-VIII предписывает операторам связи, имеющим подключение к СЦУСТ, обеспечить присоединение своих сетей путём аренды портовой ёмкости до 1 января 2027 года в порядке, определяемом Комитетом национальной безопасности.
Здесь же отметим сопутствующую поправку: в подпункте 40-1) статьи 2 Закона «О связи» слова «акционерное общество» заменены словами «юридическое лицо». Государственная техническая служба больше не обязана существовать в форме акционерного общества.
Статья 2 Закона «О связи» дополнена подпунктом 41-1), вводящим понятие «кэширующий сервер контента онлайн-платформы» — сервер, присоединённый к сетям телекоммуникаций оператора связи, на котором хранится контент онлайн-платформы для обеспечения быстрого доступа к нему абонентов оператора.
Статья 25 дополнена пунктом 3-2: операторы связи присоединяют такие серверы к своим сетям «с учетом соблюдения порядка функционирования системы централизованного управления сетями телекоммуникаций Республики Казахстан».
Норма впервые вводит кэширующую инфраструктуру глобальных платформ в периметр СЦУСТ. Практическое значение очевидно: локальное кэширование ускоряет доступ к контенту, но одновременно размещает его в пределах управляемого сегмента сети.
Статья 39-2 Закона «О связи» дополнена пунктом 4:
«Оказание услуг связи на территории Республики Казахстан иностранному гражданину или лицу без гражданства осуществляется в соответствии с правилами оказания услуг связи, а также правилами верификации, регистрации и перерегистрации абонентских устройств сотовой связи».
Норма отсылочная: содержание требований к иностранным гражданам определяется не Законом, а двумя подзаконными актами. На уровне Закона закреплён лишь сам факт распространения на них процедур верификации и регистрации абонентских устройств.
Закон Республики Казахстан от 24 ноября 2015 года № 418-V (действующий под наименованием «О кибербезопасности») дополнен подпунктом 30-1) статьи 1, впервые вводящим на уровне закона определение хостинг-провайдера, и статьёй 13-5 «Хостинг-провайдер», которая устанавливает три обязанности:
Обязанность по пункту 2 распространяет режим СЦУСТ на слой хостинга. Формулировка «с учетом соблюдения правил функционирования» не раскрывается: закон не определяет, какие именно действия хостинг-провайдера охватываются этой отсылкой.
Статья 30 Закона «О кибербезопасности» («Единый шлюз доступа к Интернету и единый шлюз электронной почты "цифрового правительства"») дополнена пунктом 1-1:
«Операторы связи имеют право использовать для подключения к единому шлюзу доступа к сети Интернет собственные технические средства (аппаратно-программные комплексы) в порядке, определяемом уполномоченным органом. Управление такими техническими средствами передается государственной технической службе».
Норма сформулирована как право оператора, но её вторая часть императивна: управление оборудованием, приобретённым и принадлежащим оператору, переходит к государственной технической службе. Разделение права собственности и права управления здесь не сопровождается указанием на пределы такого управления, порядок его прекращения и распределение ответственности за сбои.
Хотя они выходят за рамки собственно интернет-регулирования, для полноты картины отметим два блока.
Национальная система видеомониторинга. Статья 30-1 Закона «О кибербезопасности» дополнена: в состав системы включаются «системы видеонаблюдения, установленные в общественных местах, местах массового пребывания граждан и на объектах, доступных для свободного посещения населения, независимо от формы собственности объекта»; в пункте 4 той же статьи слова «и органы внутренних дел Республики Казахстан» заменены словами «, правоохранительные органы, Министерство по чрезвычайным ситуациям Республики Казахстан и местные исполнительные органы». Одновременно статья 12 Закона Республики Казахстан от 21 декабря 1995 года № 2710 «Об органах национальной безопасности Республики Казахстан» дополнена подпунктом 22-2): органы национальной безопасности осуществляют координацию взаимодействия участников Национальной системы видеомониторинга.
Контрольные полномочия КНБ в сфере цифровизации. Пункт 1 статьи 2 того же Закона дополнен подпунктом 4-2), а статья 12 — подпунктами 8-2) и 8-3): органы национальной безопасности получают полномочия по государственному контролю в сфере цифровизации в части обеспечения кибербезопасности критически важных цифровых объектов и по выдаче предписаний. Соответствующие изменения внесены в главу 10-1 Закона «О кибербезопасности» (статьи 60-2 и 60-3), а часть первая пункта 5 статьи 144 Предпринимательского кодекса («Виды проверок») дополнена подпунктом 5-4) — рапортом уполномоченного должностного лица органов национальной безопасности об обнаружении нарушений требований законодательства в сфере цифровизации в части обеспечения кибербезопасности критически важных цифровых объектов.
Согласно пункту 1 статьи 2 Закона № 326-VIII он вводится в действие по истечении шестидесяти календарных дней после дня первого официального опубликования, за отдельными исключениями. По данным правовых баз, эта дата — 25 августа 2026 года. Рассмотренные выше нормы Закона «О связи» (кроме подпункта 1) пункта 25 статьи 1, введённого в действие с 12 июля 2026 года) и Закона «О кибербезопасности» вводятся в действие по общему правилу.
Отдельные сроки установлены статьёй 3 Закона: присоединение сетей операторов к СЦУСТ путём аренды портовой ёмкости — до 1 января 2027 года. Пилотный проект по подпункту 2) пункта 2 статьи 23-1 Закона «О связи» ограничен 31 декабря 2027 года.
Материал подготовлен Internet Freedom Kazakhstan (ifkz.org). Приведённые цитаты воспроизведены по тексту Закона Республики Казахстан от 24 июня 2026 года № 326-VIII.
